Рассказано офицерам, что закончил факультет боевых информационных систем подводных лодок. Имя называть не буду, скажу лишь, что попал он на 941-й проект в Западную Лицу. Точнее, сначала в Греху, а уже затем в Лицу. Дослужился до капитана второго ранга, став старпомом по боевому управлению.
Собственно, история с рыжим трактором известна старым аборигенам Лицы и тем более нерпичам. Даже кто-то из писателей-подводников расписал всю эту историю в красках. Вот тут важно отметить, что причальную стенку для плавпирсов под акулу, кто не знает, акула – это самая большая атомная подводная лодка за всю историю человечества, так вот, всё это выгрызали из гранита.
Проблема была жёсткой, отвесная сопка уходит под воду с уклоном практически в 15°. Места нет вообще, то есть подрубали скалу, а что отваливалось, сваливали в воду. Также есть данные, что породу ещё и завозили, чтобы хоть как-то насыпать, ибо всё скатывалось на дно. Даже самая дорогая в мире вертолётная площадка, что в конце Нерпы, известна тем, что туда точно засыпали кубический километр грунта. Потом остановились и сделали настил, подсыпав её. Так и прозвали – вертолётная площадка Генсека.
В восьмидесятых годах смогли воякины и Брежнев договориться о ядерном оружии и подводных лодках. В результате нерпичи и акулы стали объектом пристального внимания американцев. После разоружений периодически приезжали инспекции из США, чтобы проверить, как выполняются договорённости. Даже в гостинице Северное сияние поставили биде – вдруг женщина-генерал приедет?
А непосредственно перед приездом начали прибывать проверяющие от политбюро ЦК, Министерства обороны СССР с Генштабом, плюс наши северного флота. Надо же всё проверить, дать ценные указания, установить сроки устранения неустранимых замечаний и так далее. Плюс – отдохнуть, угостившись в кают-компаниях на берегу.
Причальную стенку доделывали товарищи военные строители – экие воины-созидатели. В общем, наводили последний марафет из камней и краски. Трактора ровняли поверхность, досыпали ямки, хотя и так всё было более-менее готово.
Со слов старых товарищей-подводников из дружественной армии, которая подкрашивала лодку на показ, стало известно, что рыжий трактор находился на суше у среза гранитных камней и, вроде бы, что-то там делал. А вроде бы и нет, просто стоял. И вдруг, почти беззвучно, он начал увеличивать дифферент и сползать вниз, в воду, медленно погружаясь.
После того как он полностью погрузился, то продолжил своё путешествие по подводному склону. А потом он остановился.
Сразу скажу – спасать было некого. Трактор этот был сам по себе, вся территория тщательно проверена, можете не сомневаться.
А вот когда об этом стало известно командованию Лицы и уже некоторым прибывшим проверяющим, то резко стало недоулыбок. Даже нервных. Надо уточнить, что прозрачность воды очень хорошая, просматриваемость примерно 20-25 м.
А этот рыжий – как бельмо на глазу. Нет чтобы грязный, серый и ржавый – он просто сияет под водой на солнце, и видно его с большинства точек причального фронта. В общем, отовсюду.
Начинает пребывать кавалькада с умными советами – как его вытянуть обратно. До приезда американцев остались сутки, а этого катастрофически мало.
Начинается суета. Сначала пытались его вытащить другими тракторами, с зацепом тросов, с аквалангистами. Но физика и теормех не дали результата. Хотели подогнать плавкран – и тоже не получилось. Место неудачное.
И вот, несмотря на все эти потуги, надо отдать должное старшим офицерам-подводникам Западной Лицы, которые дружат с мозгами, водой и прозрачностью.
А давайте накроем его нашей маскировочной сетью!
Сказано – сделано. Вскоре привезли сеть и накрыли. Всё, профиль и ржавчину убрали, в глаза не бросается.
Но знаете, что забавно и не менее странно? Никто толком сказать не может, как его потом вытаскивали.
Я не могу привести ни одного личного примера, а про документацию вообще молчу.
Как эта выемка происходила?
Кто-то говорил – тросами всё-таки вытянули.
Но тот, кто это говорил, сам не участвовал, но знает того, кто точно знает того, у которого сосед как будто бы об этом говорил.
Кто-то говорил, что плавкраном. Тоже без личного участия, из серии: "Мужики рассказывали. Нет, ну не мог же он сам по себе исчезнуть, в самом-то деле".
Или мог?
И вы думаете, что на этом история закончилась?
Ошибаетесь!
Это была только интерлюдия, собранная из описаний события от разных действующих лиц.
А теперь перейдём к рассказу старшего офицера, заступившего тогда дежурным по кораблю…
Напряжённость с этим трактором сказывалась и на экипаже "Акулы". Куча великих проверяющих, суета на берегу... Всё бы ничего, но нет-нет да заходят на пирс, на корабль, развеять грусть и печаль. В общем, к вечеру все изрядно измотаны.
И вдруг дежурный по кораблю, один из самых опытных офицеров, находясь в центральном, получает вызов от вооружённого верхнего вахтенного матроса:
— Там этот трактор.
Он в ответ:
— Я в курсе. Пусть там и лежит, нам он не угрожает.
Через несколько минут снова вызов:
— Там второй трактор.
И с этого момента начался настоящий сюрреализм.
Дежурный офицер получает вызов от вооружённого верхнего вахтенного матроса:
— Товарищ капитан третьего ранга, он исчез.
Я говорю:
— Ну, пойдёмте посмотрим на акт номер два с рыжим трактором.
Товарищ старпом выходит на надстройку, мы смотрим — нет его там. В том месте, где он только что был, ничего нет. Исчез.
То, что он как в воду канул, понятно. Но чтобы четыре человека, видевшие его минуту назад, вдруг ошиблись?
Спускаемся на пирс.
Вахтенный докладывает:
— Так мол и так, вот там вдруг откуда ни возьмись, без звука появился рыжий трактор. Двигатель не работает, ну, по крайней мере, не слышно. Стоит прямо на краю насыпи, светится. Но без прожекторов. Затем начал ползти в воду. Вот я и доложил.
Как только подошли матросы — взял и исчез. Вокруг никого не было. Никто не плавал, не кричал, не бегал.
Надо сказать, что старпому всё это очень понравилось. Ну, в том смысле, что появился и исчез, без шума и пыли.
— Может, привиделось? А то доложи всё по новой.
А главное — он и штурманом был, отлично знал, что такое миражи.
Пошли мы примериваться с разных точек: может, и правда мираж?
И так, и этак. Углы падения, отражения, преломления в двух средах... Не выходит. Можно наоборот, но так тоже никак.
Сходили, посмотрели на дно с места схода — следов тоже не было. Ни старых, ни новых.
Старпом потом звонил кому-то:
— У нас там трактор на берегу стоял вечером. Не работал, тракториста не теряли?
Одним ухом слышу ответ:
— Да вы там совсем офигели. Нам и одного трактора за глаза и за уши.
И, естественно, были вопросы.
Американцы разглядели-таки трактор под сетью и начали спрашивать:
— Что это?
— Как это?
А мы, не моргнув глазом:
— Это наше новое оружие. Подводный танк.
Поверили ли они? Кто знает.
Но в итоге отстали. Всё же их больше интересовали "Акулы".
А сам трактор?
К нему привыкли.
Стоит себе на дне и стоит.
И никто не заметил, как именно он исчез.
Просто наступил день, когда его там не стало.
