А что тут такого удивительного? Ракеты 8К84 "дожили" до новых времён не только в Костроме. Но, в принципе, в основном, в дивизиях, изначально вооружённых 8К84, к середине 70-х годов всё таки произошел процесс их замены на 15А20. А то, что остался какой-то "остаток", так это видимо только из соображений нецелесообразности краткосрочной замены на промежуточный вариант новой ракеты в преддверии принятия на вооружение ещё более навороченного типа той же ракеты. Это вроде того, как получилось с УР-100У, которую тоже не стали внедрять повсеместно, хотя. судя по всему, она была не хуже 15А20. А о массовом перевооружении на один тип ракеты, как это было с 8К84 - уже не могло быть и речи. Другие КБ возмутились бы. В общем, мне кажется, что если бы не процесс разоружения, начавшийся при Горбачеве, то, скорее всего, те дивизии, где до конца 80-х годов стояли 15А20, тоже, рано или поздно, перевооружились бы на что-то другое и не факт, что именно на 15А35, которая к тому времени уже была далеко не новьём. Скорее всего это было бы перевооружение на твердотопливный 60-й комплекс, если к тому времени Реутовское КБ не "смикитило" бы что-то новое. А срок службы для ракеты - это понятие растяжимое. Для той, которая поставлена на дежурство - начинается один отсчет гарантийного времени. А для такой-же ракеты, но помещенной в арсенал - это уже другой срок. К тому же, если бы у нас ракеты стояли на дежурстве только 5 лет, мы давно разорились бы. Стоимость одной МБР 8К84 или 15А20 без ГЧ исчислялась, по советским ценам, где-то порядка 5 млн.руб. Это была стоимость строительства 4-х или 5-ти пятиэтажных 75-квартирных жилых домов. Да плюс стоимость производства ГЧ для каждой ракеты ещё столько же, а может даже и больше. А уж про стоимость одной "тяжелой ракеты со снаряжением я вообще молчу. Так что оборона обороной, а цифры эти забывать тоже было нельзя. Поэтому сперва установили срок службы заправленной ракеты - 5 лет, потом - 7, а после - 10 лет. Не просто так конечно установили. На основании экспериментальных данных. А затем ещё продлили эти сроки. Вот так они и дожили до 90-х. А что им сделается, если сработаны добротно. Но вот системы охраны на БСП таких сроков эксплуатации явно не выдержали и банально сгнили. Но разве это такая уж беда? Их тоже можно было заменить на более современные. Но есть и такие и примеры, когда гарантийный срок 10 лет завершался, а комплекс дальнейшего развития не получал и гарантийный срок ему не повышался. Это тот же 15А20У, 15А30 или Темп-2С, который в большую серию так и не пошёл. Что касается "истории", как Вы выразились, принятия на вооружения УР-100К и УР-100Н, то это типичный пример того, как комплекс, разработанный позже другого, начал службу почти одновременно с предшественником. Но это только потому, что УР-100Н стали сразу ставить в шахты от УР-100У, которые уже не требовали переделки, тогда как 15А20 ставился в переделываемые шахты от 8К84, что требовало дополнительного времени на строительство. Но, с другой стороны, эти две ракеты и не сравнишь между собой. Они относятся уже к разным поколениям ракет. УР-100Н имела ГЧ с не просто разделяющимися, расталкиваемыми боевыми блоками, но и с блоком их разведения. Ну и касаемо проблемы "опасения" остаться без основной ракеты к середине 70-х. А что за проблема-то? Вот и была бы 8К84 по прежнему "основной" ракетой, пока не придумали бы что-то новое. Всё равно их группировка была крупнейшей в СССР. И условие обязательности размещения новых ракет в шахтах из под 8К84 - тоже вполне понятно. Дело не в сроках хранения в шахте. Этот вопрос, по экономическим причинам, как я уже сказал выше, даже не обсуждался. Просто начавшее своё действие временное соглашение ОСВ-1 запрещало рытье новых шахт под МБР. Значит можно было переоборудовать под новые ракеты только старые шахты ОС. А чьих шахт ОС в стране было больше всех? Вот отсюда и такие требования.