ЗОНА ОТЧУЖДЕНИЯ
На подходах.
Сквозь заляпанное грязью лобовое стекло виднеется заплывшая черной жижей дорога. Видимость отвратительная, свинцовые тучи, затянувшие небо, сегодня щедры на липкий снежный дождь. Порывы ветра, словно невидимая сила, ударяют в борт машины, вынуждая ее раскачиваться.Авто медленно тронулось с места и поползло вдоль периметра, оставляя позади караульные вышки, лес громоотводов, какие-то постройки, накрытые сверху маскировочной сеткой…
Изрытая ухабами дорога, шла еще несколько километров. Справа, зияя рваными секциями, тянулось ограждение из многорядной колючей проволоки, за которым, окутанная мартовской вьюгой, простиралась степь некогда мощнейшего военного аэродрома.
Жизнь покидала эти места постепенно, отдавая будущей Зоне метр за метром. Пока где-то в центре, под утробное урчание дизелей и раскатистые команды командиров, не один десяток пар кирзовых сапог добросовестно вытаптывал полевую растительность, на окраинах и задворках уже вовсю гулял степной ветерок, разнося по опустевшей территории остатки массетки, клочки каких-то бумаг, полиэтиленовые пакеты… Пустыми, почерневшими оконными проемами одноэтажные полуразрушенные бараки безжизненно всматриваются в выгоревшее грязно-серое полотно луга, местами пестреющее закопченными снежными островками.
Дорога поворачивает, огибая забор. Здесь чувствуется недавнее присутствие людей. Периметр обретает надлежащий вид, столбы, не так давно выкрашенные в неопределенный цвет, местами видна совсем новая колючка. Через пару сот метров, около здания с красной табличкой, суетятся зелено-пятнистые фигуры. Покачиваясь на ветру, одиноко горит фонарь, освещая вход в КПП. Внутренняя территория весьма впечатляет – современные многоэтажные дома, развитая инфраструктура, яркие и пестрые цвета радуют глаз. Помнится, как высокие чины в эфирах новостных телепередач, вещали о строительстве жилья для военнослужащих, отрепетировано сверкали ножницами, перерезая торжественные ленточки, а публика неистово взрывалась шквалом аплодисментов, вытирая слезы гордости за нашу славную и благодарную Родину. Но, как это всегда бывает, время розовых иллюзий ушло, оставив взамен квадратные километры убогого унынья, тошнотворных мусорных завалов, стаи вечно голодных и одичавших собак, и такие же стаи потерявших облик людей. Островок цивилизации, окруженный со всех сторон грязно-серым месивом, пытался жить своей жизнью, постепенно утопая в небытие.
И снова поворот, и снова Кпп, безучастно провожающий нас вглубь когда-то закрытой территории. Авто, принимая крен то на один борт, то на другой, крадется по ухабистой колее. Слева, за высоким бетонным забором, высятся вышки охраны периметра, хищно щурясь на Зону узкими черными бойницами.
Там, за периметром, наверное, все чинно, и ксп и всевозможные датчики и суровый караульный. По нашу сторону забора лишь бесконечный кусок пространства с остановившемся временем, заплывший тиной вечно разбитых дорого и воем остервенелых собак. А дорога плетется дальше, мимо хаотично наставленных гаражей, после которых виднеются пологи армейских штабных шатров, мачты радиосвязи и освещения, кабины Уралов…
Два изрешеченных временем товарных вагона неуклюже стоят на вмурованном в грязь и глину железнодорожном полотне.
Ветер, заунывно посвистывая, гуляет сквозь зияющие проломы. Чуть дальше, покачивая обгорелой дверцей, на бетонных пеноблоках стоит кунг – очередной КПП. Закопченные оконные проемы и, едва различимый на фоне общего зловония, запах гари, говорят о бушевавшем когда-то пожаре.
Небольшая бетонная площадка выполнена в лучших военных традициях. Местами, сквозь замызганные неровные стыки бетонных плит, торчат огрызки кустарника. Дорога, приобретая все более отвратительный вид, устремляется дальше, скрываясь в пестреющей трясине гниющих куч.
Свалка
Отходы. В стране тратиться не один миллион на переработку и захоронение отходов. Видимо, до этого забытого уголка нашей необъятной области не дошло ни копейки. Направление, по которому можно двигаться, петляя, ныряет от одной кучи к другой. Бог ты мой! Чего здесь только нет… При виде смешанной с грязью и мусором кучи рваного армейского камуфляжа, в памяти всплывают кадры из фильма Невзорова «Чистилище».
Искореженные металлические шкафы, ржавеющие остовы всевозможной техники, неописуемых форм, сгоревшие пластиковые панели, и бетон, бетон, бетон…
Авто постепенно начинает тонуть в спровоцированном свалкой болоте. Под колесами то и дело что-то хрустит, трещит, колется. Главное – не останавливаться.
Объект.
Идем пешком. Не отошедшая от зимних заносов степь встречает нас подмерзшими лиманами, клочками грязного снега и прошлогодней травой.
Рельеф только с виду чем-то отдаленно напоминает поле, фактически, это изрытый траншеями и перегороженный отвалами участок местности, полностью покрытый слоем мелкого мусора и дробленым бетоном, сквозь который пробивается трава. Разбросанные кости, собачьи следы, и горы всевозможного армейского хабара – наушники от шлемофонов, черенки от саперных лопат…
Идем, огибая брустверы и траншеи. Впереди, сквозь дымку, виднеется наша цель – большой холм, а рядом разрушенная постройка. По нашим данным, где-то здесь расположен вход в систему подземных ходов, когда-то обслуживающих эту часть Зоны.
Стоим в центре разрушенного здания. Бетонные, потрескавшиеся фермы, взмывая ввысь, будто на своих плечах держат тяжелое грязно-серое небо, готовы обрушиться, лишь бы не нести эту вечную невыносимую ношу. Пол устелен переломанными железобетонными плитами, служившими когда-то потолочным перекрытием.
Взбираемся на холм.
Две круглые шахты с перегородками – первичные очистные сооружения, призванные обслуживать жилой сектор военного городка. Ныне же – частично обрушившиеся строения, служащие местом для «ночных экстремальных игр» современной молодежи, а также, как и все вокруг, очередным полигоном для мусора…
В предполагаемом месте входа в систему видим обвал. Копать? Не в этот раз…
Городок
Снова площадка перед КПП. В туманность непонятных построек ведет замытая бетонка. Проезжаем выгоревший кунг, трехэтажное здание с мигалками на крыше. Авто провожают взглядом двое бойцов, жгущих костер неподалеку.
Из небесной снегодождевой завесы, сначала по одному, а потом и неровными рядами, на обозрение выплыли странные конструкции. Одноэтажные, низкие здания. Где-то, просто, бетонной коробкой, где-то даже читается вход… Пытаемся заглянуть в окна – окна коряво нарисованы краской…
Бетонка тянется сквозь импровизированный городок и упирается в непроходимое болото. Поворот на 180 градусов. Снова военные, снова КПП, снова грязь, мусор, вонь…
А страна все готовится и готовится к войне...
Химиk, Зверь, Bugsy
Самара Диггинг 2008
