одностороннее
я выпил и полетел.
я сразу не у дел.
ты сразу - сука
на носу - разлука.
и принцип возвращения,
лишь только позабыть друг друга.
я выпил и устал.
как окурок в каюте догорал.
на жизнь - набитую самокритичным смыслом - болт я клал.
из колонок (пока ты спал пока ты спал, да и ты сейчас продолжаешь спать...)
сон - бульоном,
кашей,
чаем
и мочой -
по столу
и вилки ложки
пробежались тараканом под придавленным плитою,
чистым разумом моим.
а так, бардак.
нет ничего печальнее одной стороны.
отсутствием другой.
и безысходность,
падлой сукой мразью дурой,
спеленала мне любовь.
двустороннее
цена, сияние, отпор
все для того, чтоб перепрыгнуть твой забор,
заброшенного замка,
порваны линии рта,
зашита лямка.
течение.
порогов суета.
руками в небо, прикуривая косяк колец Сатурна,
в медведицу забросив семя по утру,
ты так же мягкотела и сумбурна,
несешь мне на ухо ху..ту.
постой, заметь, не я сказал, что чуда не бывает.
а коли полюбила, то дерзай.
такой уж смысл у такой породы,
терять и находить в постели рай.
мне неприятно видеть небо,
рисовать на облаке сердца,
(с похмела мой завтрак, все так же кусочек черствого души потреба)
и от струны моей мечта - главная...
плавная...
терция.
картофельное пюре в пластмассовом стакане,
все то, что о тебе напоминает.
вот сижу я тут му..к перед компом, пишу тебе письмо и на варгане играю,
а сердце в немоте и безнадеге подыхает.
симметрия того, что раньше я писал.
уж развернуло, развернуло не по детски.
я на любовь твою - как на проходящий мимо поезд
опоздал.
ну что ж. посмотрим, есть вокзал.
столичный, павелецкий.
от туда поезда, - к тебе дойдут.
Доедет ли дух и х..й мой, вот ведь в чем вопрос.
но, впрочем, - через стакан портвейна
сомнения все толпой жизнерадостных муравьедов
под звуки любимой гитары уйдут.
я просто знаю.
что я до тебя пока еще не дорос.
я выпил и полетел.
я сразу не у дел.
ты сразу - сука
на носу - разлука.
и принцип возвращения,
лишь только позабыть друг друга.
я выпил и устал.
как окурок в каюте догорал.
на жизнь - набитую самокритичным смыслом - болт я клал.
из колонок (пока ты спал пока ты спал, да и ты сейчас продолжаешь спать...)
сон - бульоном,
кашей,
чаем
и мочой -
по столу
и вилки ложки
пробежались тараканом под придавленным плитою,
чистым разумом моим.
а так, бардак.
нет ничего печальнее одной стороны.
отсутствием другой.
и безысходность,
падлой сукой мразью дурой,
спеленала мне любовь.
двустороннее
цена, сияние, отпор
все для того, чтоб перепрыгнуть твой забор,
заброшенного замка,
порваны линии рта,
зашита лямка.
течение.
порогов суета.
руками в небо, прикуривая косяк колец Сатурна,
в медведицу забросив семя по утру,
ты так же мягкотела и сумбурна,
несешь мне на ухо ху..ту.
постой, заметь, не я сказал, что чуда не бывает.
а коли полюбила, то дерзай.
такой уж смысл у такой породы,
терять и находить в постели рай.
мне неприятно видеть небо,
рисовать на облаке сердца,
(с похмела мой завтрак, все так же кусочек черствого души потреба)
и от струны моей мечта - главная...
плавная...
терция.
картофельное пюре в пластмассовом стакане,
все то, что о тебе напоминает.
вот сижу я тут му..к перед компом, пишу тебе письмо и на варгане играю,
а сердце в немоте и безнадеге подыхает.
симметрия того, что раньше я писал.
уж развернуло, развернуло не по детски.
я на любовь твою - как на проходящий мимо поезд
опоздал.
ну что ж. посмотрим, есть вокзал.
столичный, павелецкий.
от туда поезда, - к тебе дойдут.
Доедет ли дух и х..й мой, вот ведь в чем вопрос.
но, впрочем, - через стакан портвейна
сомнения все толпой жизнерадостных муравьедов
под звуки любимой гитары уйдут.
я просто знаю.
что я до тебя пока еще не дорос.
