Вопросы ЕСТЬ????? Вопросов НЕТ!!!

#1
Я тут потихоньку осваиваю ресурс, любезно предоставленный Кис Кисычем.
http://speleoastronomy.org/biblio/
И нашел, много ответов, на вопросы, которые часто задают на форуме.
Как-то: "Глюки под землей" и многое др.
Вот некоторые ответы на задоваемые ранне вопросы.

Дистресс входа. Как правило, вход в пещеру не слишком широк – просторный портал встречается не чаще, чем в одном случае из десяти в естественных пещерах; что касается терратектуры, то лишь в некоторых регионах ( например, в Самарском, Южноукраинском и в районе Саблино6 ) не взорванные входы в каменоломни имеют просвет, превышающий 2 Х 2 м. Чаще всего вход в подземную полость представляет собой достаточно узкий шкуродёр, “сухостью не страдающий”. Чтобы проникнуть в пещеру, входящему приходится становиться “в коленно-локтевую позицию”, либо ложиться животом на мокрую землю, глину,– а то и просто в грязь – и протискиваться далее по не слишком широкой щели, иной раз весьма извилистой, со значительными перепадами по высоте. Если вход в пещеру происходит днём, да ещё при ярком солнечном свете – какое-то время входящий не может различить никаких визуальных деталей ландшафта, ибо зрение наше обладает определённым периодом аккомодации, и переход от яркого света к полутьме даётся некоторым людям очень тяжело. Ушибы головы и рук при таком полуслепом, при этом неизбежно-вынужденом, перемещении по пещере, для неофита практически неизбежны. Как и периодическое погружение конечностей ( а то и всего тела ) в весьма неприятную холодную жижу. В общую палитру отрицательных эмоций добавляется, опять же неизбежный для неофита, вопрос: а крепок ли свод над головой, на чём висят эти камни?.. Боязнь отстать от впереди ползущего проводника ( и как следствие, периодическое натыкание головой на его обувь ) – равно как застревание в узких местах хода ( как самого себя, так транса или рюкзака со снаряжением ) положительных эмоций новичку также не добавляют. В результате чего, если впервые приведённый в пещеру не был предварительно должным образом проинструктирован, у него может развиться “дистресс входа”, переходящий в самую настоящую фобию.
Конечно, опытные спелеологи и спелестологи этим дистрессом не страдают – для них проникновение в пещеру даже в самых неблагоприятных условиях значит не более неприятное переживание, чем для горожанина необходимость дождаться при переходе улицы нужного сигнала светофора. Для неподготовленного новичка ( тем более, если у него имеются не выявленные в городе аберрации психики – такие, как клаустрофобия, обскурия, сордерия или сводобоязнь ) первая же попытка посещения Подземли может кончиться весьма плачевно.
Зрительный дистресс. Современные спелеологи и спелестологи практически полностью отказались от традиционных объёмных средств освещения — таких, как плекс и свечи.7 То есть для освещения грота свечи применяются весьма широко ( и по-видимому, в обозримом будущем даже газовые петромаксы не сильно заменят их – хотя бы по экономическим причинам, простоте и безопасности ),– при движении по пещере используется исключительно электрический свет, причём в последние годы всё более светодиодный. В том числе с импульсной накачкой светодиода, что гарантирует неизбежное мерцание, на первый взгляд глазом не различимое. Но это — только на первый.
Ибо зрение наше устроено весьма специфически, и фотооптические свойства хрусталика и сетчатки ещё не всё зрение – не меньшее значение для нашего восприятия мира играет работа нервных центров в неокортексе, обрабатывающих фотоинформацию. Причём не только статическую – но и динамическую.
: Считается, что центральное наше зрение не различает мигания света с частотой, превышающей 100 Гц. С одной стороны это так. С другой – отсутствие осознанной реакции на колебания освещённости с большей частотой ещё не значит, что глаз не различает столь быстрые световые колебания или что подсознание наше их никак не замечает – даже если из сетчатки приходит должная информация.
На деле сетчатка глаза способна реагировать и на одиночные кванты света, и на мигания с частотами до 10 и более кГц ( как и музыкальный слух, это зависит от индивидуальных особенностей ),– эволюционное развитие нашего зрения сделало осознанную реакцию на столь быстрые колебания освещённости “как бы не нужной” – и на уровне сознания мы её не замечаем. Но подсознание ( не будем вдаваться в тонкости софистических споров, что следует называть этим словом ) фиксирует и обрабатывает всю информацию, воспринимаемую глазом. С соответствующими, иной раз, последствиями.
При этом периферическое зрение – ответственное за восприятие и анализ фотоинформации, приходящей с края зрительного поля – при отсутствии чёткости, свойственной центральному зрению, обладает в десятки раз большей чувствительностью что к световому мерцанию, что к изменению спектральной составляющей света. “Сзади, или сбоку, может напасть враг – а потому следует постоянно быть настороже”,– этот эволюционный девиз даровал нашему периферическому зрению повышенную чувствительность к любому движению. Любому изменению освещённости или спектра.
: Идёшь по пещере с налобником типа “Тикка+”, в котором повышенную яркость светодиодов задаёт мультивибраторная накачка с неизбежным мерцанием — и подсознание, в которое буквально стучится “сигнал опасности”, получаемый с периферийного зрительного поля, постепенно ‘клинит’.
Стресс, поначалу невинный, не различимый осознанно, переходит в дистресс. Как следствие, возникает состояние панического страха; иногда – головной боли. Всё зависит от индивидуальных психических особенностей.
Но и с обычным электрическим светом ( светодиодным или от лампочки накаливания, без разницы ) мы вводим подсознание в дистрессовое состояние. Ибо информация, получаемая нашим зрением, приходит лишь с его центральной доли. По краям – зона затемнения. Свет фонаря или налобника чётко сфокусирован, информации оттуда нет. И быть не может. Но для нашего подсознания ( в той его части, что отвечает за первичную обработку зрительной информации ) такое состояние дел — нонсенс. Помимо того, что темнота априори связывается в нашем подсознании с “на всякий случай” ожидаемой опасностью [ “темнота = неизвестность” ], дисбаланс меж освещённостью центрального зрительного поля и периферического точно также приводит к возникновению дистресса.
С центрального поля приходит информация, что ты движешься правильно. Боковое зрение раскачивает подсознание: не понимаю, что происходит. Тени от выступающих плит и камней скрадывают щели и шкурники, сравнимые с ними по размерам. Адекватное восприятие бокового поля отсутствует; даже в известном тебе лабиринте не происходит узнавания/отождествления ( на подсознательном уровне ) периферической части пейзажа. Результат — провоцируемое чувство тревоги, страха заблудиться. То есть – типичный зрительный спелеодистресс. Который многократно усиливается оттого, что электрический свет ( против колеблющегося пламени свечи, факела или плекса ) по природе своей крайне направлен и статичен; объёмно-динамическое восприятие пространства практически невозможно. Весь объём, что определяется динамическим изменением освещённости – только от твоего перемещения по пещере. Но ведь перемещаясь, ты меняешь точку обзора,– что адекватности зрительного восприятия не способствует. В результате если ты посмотришь на этот же пейзаж чуть под другим углом ( а уж тем более при возвращении назад ), ты просто не узнаешь его.
Следствие — всё тот же зрительный дистресс.
Который опытные спелестологи и спелеологи блокируют на вербальном уровне. [ “Всё это фигня, которая мне по барабану” – так один человек будет и от лёгкой мороси закрываться зонтом; другой в мороси не видит ничего, для себя лично неприятного. И даже испытывает некий кайф от дождливой погоды. ] Некоторые блокируют зрительный дистресс с помощью алкоголя, весьма затормаживающего процессы в ВНД,– но “подсознанию не прикажешь”. Тем более, при отсутствии должного спелеоопыта.
Дополнительный зрительно-дистрессовый фактор – накапливающаяся усталость глазных мышц хрусталика, ибо жёстко ( относительно глаз ) фиксированный источник света неизбежно фиксирует наши глазные мышцы в одном положении.
В этом смысле фонарь в руке, которым ты постоянно освещаешь пейзаж с разных сторон относительно глаз, предпочтительнее налобной системы. Оттого многие спелеологи и спелестологи, даже пользуясь хорошими налобниками, предпочитают по мере возможности носить их в руке. Данный приём в значительной мере блокирует возникновение зрительного дистресса. Иные предпочитают оснащать налобные системы дополнительными светодиодами, дающими боковую подсветку периферическому зрительному полю; некоторые пользуют под землёй самодельные налобники с разнесёнными источниками света – не создающими резких теней от освещаемого объекта и позволяющими глазным мышцам переключаться при обозрении периферической части ландшафта. В противном случае, как говорилось, глазные мышцы вынуждены держать глазное яблоко и хрусталик строго в одном положении – зато повышенной нагрузке подвергаются мышцы шеи,– не думайте, что подобный постоянный перекос мышечной нагрузки, на которую наш организм априори “не рассчитан”, идёт ему во благо.
Акустический дистресс. Во многом он сходен с зрительным спелеодистрессом, ибо уровень звуковой информации, получаемый нами под землёй, в сотни раз ниже, чем на поверхности. На уровне сознания эта разница почти не заметна – но подсознание наше привыкло анализировать просто огромное количество всевозможных шумов ( как ближних, так дальних; как постоянных, так пиковых ) — попав в обстановку, где все эти шумы отсутствуют “по определению”, слух наш во-первых, существенно понижает порог своего акустического восприятия, доступного сознанию ( чем ниже порог, тем выше чувствительность ),– ибо подсознание всегда ориентируется на некий средний уровень воспринимаемого ушами шума; что слышат уши ниже некой середины, в сознание просто не пропускается за “незначащейстью”, хотя подсознание ведёт постоянную обработку и этой информации на предмет “скрытых звуков опасности” — в результате неоправданного задирания слуховой чувствительности человек начинает слышать ток крови в сосудах и прочие внутренние звуки, которые на поверхности просто не замечает. Шуршание комбеза может представиться, как грохот сыпухи за стеной; удары собственного сердца – как грохот обвала, шаги другого человека.
В случае незначительного спелеоопыта дистрессовое состояние гарантированно.
Во-вторых, акустическое подсознание ( признаю условность данного термина ), начинает “синтезировать” как бы реальные звуки из того “почти ничего”, что поставляют слуховые нервы. И слышатся чьи-то голоса, музыка, шаги, камнепады и прочее — чего нет на самом деле.
: Как и в первом случае, следствием имеем дистресс. При котором человек либо начинает напряжённо прислушиваться – что послышалось, не обвал ли?.. Кто-то подходит к гроту, зовёт на помощь?..
Чувство тревоги стоит за этими вопросами и диктует их. Но тревоги, реальными обстоятельствами не мотивированной.
— А иной чайник, как уже говорилось, начинает бессознательно производить как можно больше шума. ( Как и в случае зрительного дистресса включать и выключать свой фонарь. ) Эти действия – типичный результат спелеодистресса, при котором человек на бессознательном уровне пытается как-то синхронизировать работу явно бунтующего подсознания и сознания. В случае, когда окружающие не заметили этих тревожных симптомов и не приняли соответствующих мер ( изменить освещённость в гроте, как-то переключить внимание пострадавшего, создать ровный звуковой фон, включив плэер или взяв гитару ), дистресс может провоцировать развитие какой-либо фобии – причём постоянной и не излечимой. [ Например, клаустрофобии. ]
Может развиться и психическое заболевание типа МДП.
Информационный дистресс. Этот дистресс связан с акустическим и зрительным, но проявления его более общие. Ибо под землёй не только сокращается зрительная и акустическая информация, воспринимаемая нами — все информационные потоки, на поверхности ежесекундно проходящие через наше подсознание, под землёй оказываются будто обрубленными. Перекрытыми наглухо. Ибо под землёй не просто темно и нет звуков – всё, что мы видим, мы же сами и освещаем; все звуки, что слышим, сами и вызываем. Нет практически никакой информации, что мы получаем как бы саму по себе – даже климат исключительно статичен, ни колебаний воздуха, ни температуры, ни влажности; нет теле- и радионовостей, нет свежей прессы, нет стороннего движения, нет смены времени суток,– как уже говорилось, отсутствие информации о внешнем мире для нашего сознания и подсознания значит почти тоже самое, что её ударный избыток. Практически вся информация, которой мы можем оперировать под землёй – особенно в условиях одиночного подземного пребывания – заключается в нас самих. И в действиях, что мы сами производим.
И если спелеолог, в силу ориентации своей психики, являющийся вполне самодостаточной личностью, попав в “информационный коллапс” Подземли, испытывает лишь благостные чувства – подсознание и сознание его просто отдыхают под землёй от информационного избыточного давления поверхности, при этом тонкие системы подсознания начинают напрямую получать некую информацию от мира, которая на поверхности просто ‘забивается’ раздражающим шумом — человек иного психического склада ( паче чаяния являющийся, в терминах экстрасенсорики, “информационно-энергетическим вампиром” ) реагирует на информационную блокаду весьма болезненно.
При одиночном пребывании под землёй информационный дистресс у таких лиц проявляется в виде депрессии, апатии, анемии,– потери “чувства времени” и, как крайняя форма, в виде потери ощущения своего “я”, распаде личности, зрительных и слуховых галлюцинациях.
При групповом пребывании эти люди склонны к повышенной болтливости, излишней суете,– как правило, окружающим довольно быстро их присутствие становится “не просто в тягость” — даже если заставить их вести себя “внешне прилично”. Ибо ( в эниологическом смысле ) такой индивид настолько привыкает на поверхности “тянуть” из окружающей ноосферы и информацию, и энергию, что под землёй неизбежно становится для окружающих чем-то вроде “чёрной дыры” — холодной и раздражающей на подсознательном ( ассоциативном ) и вербальном уровнях, соответственно. На уровне физиологическом вызывающем головную боль – как результат постоянного сигнала подсознания: с этим человеком что-то не так, нужно держаться от него подальше. Покинуть это место.
Ориентационный дистресс. Этот дистресс возникает, как правило, либо у новичков, либо у опытных спелеологов ( спелестологов ) при продолжительном гулянии по новой, неизвестной до того части пещеры – но особенно подвержены ему лица с так называемым “топографическим кретинизмом”. Ощущение, что ты заблудился ( даже если на самом деле до этого пока далеко ), провоцирует чувство тревоги, неуверенности; поддавшись ему, можно действительно потерять ориентацию и заблудиться даже в хорошо известном лабиринте. Вовремя не блокированный ориентационный дистресс может спровоцировать соответствующую фобию; в этом случае общение с Подземлёй придётся прекратить.
Конечно, опытный спелеолог [ спелестолог ] ориентационного дистресса не испытывает даже в той ситуации, когда реально ( на какое-то время ) теряет ориентацию в новом для себя лабиринте – во-первых, благость, что постоянно испытывает он при нахождении в пещере, в принципе не оставляет места проявлению неглубоко мотивированных отрицательных эмоций, и на это благостное чувство накладывается неведомый кабинетным психологам кайф от персонального освоения ( исследования, покорения ) новой части пещеры – паче чаяния речь идёт о действительном первопрохождении,– во-вторых, весь его спелеоопыт однозначно говорит: да разве было такое со мной, чтоб я заблудился и не нашёл выхода?..
Дистресс узости. При застревании в узкой щели – вертикальной или горизонтальной, лифте или шкурнике8, нет принципиальной разницы – любой человек испытывает неизбежное дистрессовое состояние, в основе которого — беспомощность, иной раз обостряемая болью от неудобно заклинившей руки, ноги, или иной части тела. Неподготовленному человеку начинает казаться, что окружающий камень сжимается, сплющивает его тело, пытается раздавить ( часто при этом происходит бессознательное одушевление, персонификация по определению не живого, статичного камня ),– в результате чего у новичка может развиться состояние фобии или фрустрации. Опытный спелеолог при подобной ситуации столь патологических состояний не испытывает – для него прохождение узкого шкурника или лифта не более, чем для спортсмена преодоление чисто спортивной трудности, приносящее по завершении чувство победы над камнем, состояние радости, успеха. Не секрет, что многие спелестологи и спелеологи наиболее сильные положительные эмоции испытывают под землёй именно по покорению всевозможных узостей, непроходимых для иных в принципе – в силу значительных персональных габаритов или отсутствия должного опыта.
Обскурационный дистресс. Возникает при отказе имеющегося средства освещения, когда человека внезапно окутывает полная тьма – провоцирующая состояние беспомощности, страха ( “теперь я пропал, заблужусь, никогда не найду выхода, сгину в этой тьме” – и так далее ). Состояние фрустрации при обскурационном дистрессе может смениться устойчивой фобией. Естественно, наиболее подвержены обскурационному дистрессу неподготовленные должным образом к посещению Подземли новички — ибо у опытного спелеолога всегда имеется запасной источник света; основной свет, как правило, не склонен к внезапному разрушению или иному выходу из строя.
Аварийный дистресс. Может возникнуть у начинающего спелеолога при внезапной поломке ( отказе ) какого-либо предмета спелеоснаряжения или при попадании в зону обвала. Как правило, он вызывает фрустрационное состояние, особенности которого определяются личной психикой индивида. Опытный спелеолог что к аварии снаряжения, что к пережитому камнепаду относится весьма философски – ибо раз эта оказия случилась, и ты каким-то образом остался жив, нужно не заламывать руки, а искать достойный выход из сложившегося положения.
Спелеодепрессия ( в острой форме – спелеодеймос ) – чувство бессознательного страха, переходящее в ступор. Возникает даже у маститых спелеологов и спелестологов хотя бы один-единственный раз в жизни. Как правило, никаких “зримых” поводов к приступу спелеодеймоса ( он всегда внезапен ), как и мотиваций, не обнаруживается – по крайней мере, на вербально-рассудочном уровне. Причины его до сих пор не ясны,– “но от этого не легше”. Согласно одной из точек зрения, стрессовые спелеоагенты, не воспринимаемые на вербальном уровне, как угроза нашей жизни, как-то аккумулируют в правом, ассоциативном полушарии, своё действие ( в этом беспомощном “как-то” отражается вся база представлений современной психологии и психиатрии о работе нашего сознания на нейрофизиологическом уровне ) – и по достижении некоего “порога” срывают “дистрессовые тормоза”. Объяснение красивое. Но беспомощное по своей физиологической сути. А потому возможно правы те, кто считают это состояние ( приступ ) неким предупреждением Системы: не ходи дальше, не делай то-то и то-то — будет бяка. В принципе, данное предупреждение ничем не отличается от обычной интуиции ( объяснение которой современная психология, опять же, тщательно скрывает от народа ).
Эниологический дистресс. Абсолютная эниологическая изоляция пещеры от ноосферного поля поверхности немало способствует ( вкупе со специфическими условиями микроклимата пещер, особенно в части ионного баланса воздуха ) развитию повышенной экстрасенсорной чувствительности каждого, кто попадает под землю. Для неподготовленного человека это может стать своеобразным шоком – не умея анализировать эниологичскую информацию ( ибо на поверхности она забивается шумами ), человек подвергается мощному воздействию эниологического дистресса. Естественной реакцией на который становится прогрессирующее чувство опасности, так называемый “спелеомандраж” ( спелеодеймос ).
Аналогичный эниологический дистресс ощущают при первом своём посещении Подземли сильные эмпаты и экстрасенсы – все они испытывают ощущение, сходное с тем, что может почувствовать обычный человек, если внезапно оглох или ослеп. Как правило, после не столь значительной по времени адаптации ( сходной с адаптацией наших глаз, которым нужно время, чтобы привыкнуть к слабому свету налобника, когда мы попадаем в пещеру в разгар солнечного дня ), эмпаты и экстрасенсы начинают чувствовать определённую благость в ситуации, когда пропадает ежедневно долбящий со всех сторон поверхностный эниологический прессинг. Но когда они приближаются к выходу из пещеры, эниологический прессинг “верхнего мира” обрушивается на них с привычной силой – провоцируя так называемый “дистресс выхода из пещеры”.
Дистресс выхода. Возникает у посетителя Подземли в момент возвращения на поверхность или при мысли о том, что этот момент ( как ни оттягивай его ) неизбежно настанет. Адаптировавшиеся за время нахождения под землёй к малому информационному фону наши органы чувств ( включая обоняние, ибо запахов под землёй практически нет, самый сильный источник запахов в пещере – сам человек и продукты его жизнедеятельности ) по выходу на поверхность получают такой “информационный удар”, что нередко возникает дистрессивное состояние. Конечно, чичакам и чайникам это состояние не ведомо в принципе — тогда как опытные спелестологи и спелеологи, “повязанные по жизни Пещерой”, от одной только мысли о том, что неизбежно возвращение “в проклятый город”, впадают в депрессивную апатию.
Микробиологический дистресс. Связан напрямую с “дистрессом выхода”, ибо в стерильном климате пещеры наши защитные физиологические системы сильно “расхолаживаются” ( нет микробиологического прессинга – нет необходимости поддерживать функционирование иммунной системы на должном уровне ) — в результате чего по возвращению на поверхность после продолжительного пребывания под землёй человек мгновенно подхватывает любую инфекцию. Болезненное состояние физиологии совпадает с болезненным восприятием города, что провоцирует “дважды угнетенное” психическое состояние.
— Ещё раз замечу: все перечисленные выше разновидности спелеодистресса либо в принципе не ведомы опытным спелеологам и спелестологам ( они или абстрагируются коль не от них, то от их неприятных последствий, или в принципе положительно воспринимаемое влияние Подземли настраивает исключительно на позитивную реакцию на любого рода спелеострессовые раздражители ),– дистрессивными специфические свойства пещер могут стать только для абсолютно не подготовленного новичка. Либо для человека с заранее заложенными психическими аберрациями.
А потому рассмотрим эти аберрации, именуемые также “фобиями”. Ибо от их своевременного выявления зависит иной раз безопасность не конкретного индивида – всей спелеогруппы.
Что из выше перечисленного вы испытывали.

За что мне нравится "Никитский круг", так это за научный, точный подход к проблемам.
 

Ivan Stone

Moderator
Команда форума
#2
А какие там страшные истории расказавают... Просто ужас!!!
Последствия фрустрационной обиды в спелеосреде бывают трагически ужасны; они развязали не одну спелеовойну, сорвали не одно славное начинание и разрушили не одну спелеокоманду из тех, что почитались, как самые сплочённые и лучшие
 
#5
Спасиб, интересно. Буду знать чего бояться. :)

На самом деле у меня частенько слуховые галюны (обычно шум шоссе - машины бибикают, грузовики гремят, и пр.), весьма привычная штука, и после входа меня минут 5-10 обычно клинит от резкого "погружения".
А ещё мы с Пластиком недавно очень мощно потеряли ход времени одновременно - семь часов пронеслись как один.
 
#6
На самом деле у меня частенько слуховые галюны (обычно шум шоссе - машины бибикают, грузовики гремят, и пр.), весьма привычная штука, и после входа меня минут 5-10 обычно клинит от резкого "погружения".
А ещё мы с Пластиком недавно очень мощно потеряли ход времени одновременно - семь часов пронеслись как один.
Ууууууууууууууууууу :eek:
Батенька, так вам к Доктору надо обратится :-\
 
#11
Искатель Истины написал(а):
Ууууууууууууууууууу :eek:
Батенька, так вам к Доктору надо обратится :-\
Тогда 80% спеликов тоже :)
Слуховые и зрительные галлюцинации в условиях сенсорного голода - нормальное явление.
 
#13
Astral043 написал(а):
при выходе из дыры первая мысль -- "выключите прожектор!" )))
я думаю не у тебя одного такая мысль появляется=))) Я например после выброски(если выбрасываюсь в светлое время суток) еще несколько дней а то и больше хожу в темных очках..............вот так вот..........)))
 
#14
Прочил еще раз...
Много думал....
Потом надоело думать и ржал...

Автор - ГУРУ (где кланяющийся смайлик?!)
 
#15
У меня постоянно слуховые галюны - чьи-то шаги слышу, и со временем полный голяк - то слишком быстро лети, то наоборот медленно... а так вроде все в пороядке..
 
#16
Потеря времени - явление, распространённое и на земле. Слуховые галлюцинации - это, как правильно заметил Varnav, в условиях сенсорного голода дописывается самОй головой.
Т.е. всё это фигня. Тема уже задрала. Уважаемые ценители НЛО и пр., сделайте себе отдельный сайт "НЛО - необъявленный визит" и мусольте там эти басни. Или хоть в отдельной конференции.
 
#17
PLAstic написал(а):
Т.е. всё это фигня. Тема уже задрала. Уважаемые ценители НЛО и пр., сделайте себе отдельный сайт "НЛО - необъявленный визит" и мусольте там эти басни. Или хоть в отдельной конференции.
Да не, тут ведь обсуждается штука абсолютно реальная и научная, но офигенно, тем не менее, загадочная - человеческая башка.
И если придерживаться материалистического подхода - то тема хорошая.
 
#18
По возможности выложи продолжение.
ИМХО топику место в соседнем подрпзделе.
Собственно не вопрос :-\ есть там и про фобии ;)
Фобии так фобии.

Спелеофобии.

К спелеофобиям относятся клаустрофобия, обскурия, сводобоязнь, пирофобия, сордерия и мифобоязнь. Смешные и не стоящие доброго слова в глазах одного, у другого человека эти фобии могут вызвать дистрессивный психоз – приводящий в итоге к леталу.

Клаустрофобия – боязнь замкнутого пространства. В хронической или слабой форме ей страдает около 20 % людей; если такой человек попадает под землю, болезнь переходит в острую стадию в согласии с типичным развитием физиологического дистресса. ( Излишняя суета и моторика сменяются апатией, затем кататоническим состоянием. После которого следует частичное помутнение рассудка, сопровождающееся галлюцинациями и выходом из строя физиологических систем организма: вначале терморегуляционных, затем перистальтики кишечника и дыхания, после чего наступает летальная стадия. ) Вопреки расхожему мнению, клаустрофобия легко лечится на первой и второй стадии водкой и/или половым актом. После чего исчезает окончательно и бесповоротно.

Обскурия – патологический страх темноты, мрака. Может развиться после пережитого в детстве дистресса, вызванного заточением в тёмной комнате ( закапывать живьём в землю следует родителей, исповедующих подобную педагогику ) – или отказом единственного имеющегося источника света при одиночном шатании по пещере. < Дурость последней методики очевидна, потому не считаю нужным причитать о дальнейшей судьбе подобного недоумка. > Однако, если болезнь не пресечь в начальной фазе, может развиться у лиц с гипертрофированным воображением – которые нарвались на скверно работающий источник света и хоть и вышли из создавшейся ситуации с честью, подобно герою Джека Лондона, перенесшему голодовку, начинают обвешивать себя просто невообразимым количеством запасного света. Фонарик или даже простую зажигалку у таких лиц лучше не просить – дистрессовой ситуации не оберёшься.

Сводобоязнь – патологическое сомнение в прочности свода. Страдающему данной фобией постоянно кажется, что “этот камень вот-вот рухнет”, что в гроте вот-вот произойдёт обвал ( и тому подобное ). Провоцирует развивающееся по экспоненте чувство страха, переходящее в ужас, затем ступор и кататонию. Если не пресечь на первой стадии несколькими попытками действительно опустить камень, кажущийся ненадёжным, болезнь может перейти в хроническую клаустрофобию, исключающую посещение не только метро, но лифтов и подземных переходов; если не применить антидепрессанты, даже в родной квартире такой человек будет постоянно испытывать страх — в результате которого просто сойдёт с ума.

Пиро-и-эксплософобия – патологическая боязнь взрыва иль возгорания карбидки, примуса; также – громкого звука, хлопка, что, якобы, может спровоцировать обвал. Из невинного демонстративного прикола ( типа обязательного надевания каски, когда кто-то начинает раскочегаривать примус ) может развиться в действительную фобию, серьёзно осложняющую жизнь партнёрам по группе. Да и себе тоже. Тщательно контролируйте свои приколы и следите, чтобы не вы следовали им – а они повиновались вашей воле. Аналогичное замечание, безусловно, относится и к следующему, не столь невинному по своим последствиям “спелеопунктику”:

Мифобоязнь – демонстративное “неприкуривание от горящей свечи”9 и категорический запрет на это всем присутствующим ( а от парафинки, извините, можно? ); патологически-точное следование всем известным подземным обрядам и ритуалам ( как правило, нарочито-демонстративное); стоическое неупоминание в подземной беседе имени Двуликой. А также полный и тотальный запрет на любые разговоры о подземной мистике и экстрасенсорике не только под землёй – но и вблизи любой пещеры. Как правило, это не просто милое и не мешающее жить суеверие, помогающее как-то стабилизироваться в сложной ситуации ( типа боязни чёрного кота, переходящего дорогу; если же перешёл первым его след – есть отмазка, оправдывающая любую грядущую непруху ) – равным образом это не подлинная вера в подземные чудеса и САЯ. Это – игровой прикол, переходящий по мере заигрывания в него в опасную психическую фобию. Заигравшийся в мифобоязнь постепенно утрачивает адекватную связь с реальностью ( в том числе биоэнергетическую ), в результате чего всё более живёт в надуманном, вымороченном мире. Рано или поздно дистресс такому лицу под землёй обеспечен.

Сордерия – грязебоязнь. Как правило, является следствием рафинированно-городского бытия, что “определяет сознание”. Чистюлям с патологической сордерией под землёй делать нечего.

Из сказанного следует, что все фобии по определению стрессовые факторы; в лёгкой и даже средней форме они естественны для нормального человека ( кто ничего не боится, долго не живёт ); в тяжёлой ( гипертрофированной ) или навязчивой ( близкой к МДП ) форме они – признак патологии. То есть дистресса.
 
#19
Seven написал(а):
Прочил еще раз...
Много думал....
Потом надоело думать и ржал...

Автор - ГУРУ (где кланяющийся смайлик?!)
А мне думать не надоело, все внимательно прочитала до конца.

Ты хоть въехал, кто автор? ::)
 
#20
Что этому автору до жалкого "околоспелестологического форума", затерянного в дебрях интернета, на котором отписывается исключительно народ, у которого всего 3 извилины: одна на вход, одна на выход и одна, чтобы знать с какой стороны открывается бутылка водки.
 
Сверху