А.П. и Нечто... Опять бред.

Тема в разделе "Разговорник", создана пользователем Чингизхан, 8 дек 2005.

  1. В квартире одной дробь семнадцать на улице Кривоколенской жил да был пенсионер со звучным именем Адольф Петрович. Встал он как-то поутру и пошёл к холодильнику тапочки постирать. Заходит на кухню, а видит - кто-то видимо на холодильник гермодверь приварил, да не простую, а со штурвалом и с бантиком. Говорит тут Адольф Петрович

    - Сколько лет живу, а гермодверей с бантиками не видел. Со штурвалом видел, а чтобы со штурвалом и бантиком - нет.

    И повернул штурвал чтобы тапочки постирать, а иначе как же без холодильника, но не тут то было, оттуда как вылезет нечто и говорит ему злобным голосом:

    - Здравствуйте, уважаемый Адольф Петрович, вам же говорили ясно - не открывайте гермодвери особенно с бантиками, тем более что намерения у вас крайне преступные - кто нынче в холодильниках тапочки стирает, когда у вас целый балкон для этого есть и тамбур да ещё и утюг с радиоприемником!

    Было, только, Адольф Петрович захотел сказать нечту что тамбур с радиоприемником ещё не выросли, он их на подоконник положил поливать и дозрёвывать, да ещё чтобы в валенок, а нечто подло взяло и надело фуражку с кокардой неимоверно радиально-кольцевой и с крылышками, как оллвейс прямо, и на стол уселось и ножки свесило в сапогах хромированных.

    - Я, - говорит, - ваше нечто законное, Адольф Петрович, назначенное, так сказать теми, кто назначает и утюги вам делает. А ещё записку ведь вам писали, вы же человек образованный!

    Только Адольф Петрович хотел сказать что никакой записки-то и не видел в глаза, как нечто нахально извернулось и хвать рукой прям в карман что у Адольфа Петровича сзади пиджака был. А в руке то и записка.

    Адольф Петрович пенсне надел и читать начал вслух и с дикцией прям как в передаче "Время", чтобы, конечно, ввести нечту в заблуждение и втихаря тапочки в холодильнике постирать.

    - Сего-то года от Рождества Христова постановлятельно заявляю или заявительно постановляю, что в квартире одной дробь семнадцать теперь будет... Будет теперь...

    А нечто ухмыляется и дуршлагом пятку чешет. И сидит и гнусит так мерзенько через обе ноздри, типа чревовещанием:

    - А будет теперь что я здесь живу, и никаких претензий, Адольф Петрович.

    Адольф Петрович прямо растерялся, но вскоре нашелся с ответом:

    - Выходит, теперь ты тут в холодильнике живешь, а на то тебе гермодверь с бантиком выдали. А раз выдали, то будь любезно, нечто, мои тапочки стирать, а то что же это такое получается, у меня ещё даже телевизор не включается от сахалинской гряды и вообще на балконе стекла на юг летят, им можно, они многодетно-реабилитированные, а тапочки мне стирать? Фигушки, ты теперь тут живешь, и значит ты и будешь тапочки мои стирать. Прямо в холодильнике.

    У нечты аж фуражка слетела прямо на пол и так кокардой звякнула что скворцы с деревьев попадали, а на перекрестке дуб на камаз с фигней рухнул. К слову, тот камаз фигню не просто так вёз, а по заказу, так сказать фирменную фигню, но он её не довёз, ведь на него рухнул дуб и всю фигню раздавил, а ещё у соседки от этого у хомячка выкидыш случился, а как случился так и вылез в форточку и заорал диким воем, отчего сразу всем настала осень и скворцы попадавшие с деревьев опять на юг поползли.

    Нечто и говорит Адольфу Петровичу, с пола фуражку поднимая:

    - Это где это видано, чтобы я да с гермодверью с бантиком и штурвалом и запиской тапочки чьи-то стирало, да когда в мире кризис и Хуссейн не пойман, и фигню дубами давят и хомячки выкидываются да и осень как всегда подкралась незаметно?!

    А Адольф Петрович своё гнёт:

    - Нет, мол, ведь видишь, нечто, значит это моя квартира, а следовательно моя субъективная реальность, а ты в неё попало, и будь любезно в моей субъективной реальности, которая для меня объективна и стирай себе наздоровье мои тапочки.

    Обиделось нечто, но что поделаешь, взяло тапочки, полезло в холодильник, гермодверь закрыло за собой и бантик опять завязало. И тапочки Адольфу Петровичу стёрло. Без права на бэкап и восстановление.

    Так и зажили они - Адольф Петрович без радиоприемника и утюга с тамбуром, и нечто, которое ему тапочки стирало, зато с бантиком и штурвалом и с фуражкой, но кокарду оно сняло, чтобы больше не пугала мирных граждан.

    Но это была только глава номер раз, которая на самом деле не глава номер раз а такое крутое слово иностранное как пролог. Это всё только завязка к истории про эту квартиру и наших героев.

    Итак, как известно зажили они вместе, а что дальше из этого получилось - будет новая сказка.


    Глава 1. Адольф Петрович и Нечто идут гулять.

    День был осенний, прямо таки майский, тридцать восьмое число июля, сорок два без ноль факториала часа и семнадцати мгновений. Сидит себе нечто штурвал крутит и мигает лампочкой, а Адольф Петрович сидит за столом и из тарелки собственной лук вылавливает вареный, а затем основательно так в карман складывает, чтобы, знаете ли, атмосфера была. Сидят так час, два, четыре, восемь, шестнадцать, тридцать два, шестьдесят четыре, сто двадцать восемь... И когда тысяча двадцать четыре подкатило - скучно стало мигать, крутить и складывать. Решили наши герои погулять пойти. Но ведь сами знаете - пойти погулять - это тема тонкая, это только на словах так - пойти, вам, погулять, ножки размять да ворон с проводов назамыкать прямо цепной реакцией и в пруд, ну, чтобы сирень росла.
    А на самом деле это такая вот прямо таки муторная тема. А вдруг на улице третья мировая начнется, и на город ядерную бомбу сбросят. И все в бомбоубежища попрячутся и всю колбасу растащат. Представляете себе такую тему? Во-во, выходишь так из дома, а там мало того что никого нет, так ведь ещё и гулять то негде, везде радиация, а кроме ней ничего и нету такого, хоть галоши и зонтик не бери, а то ими радиацию гонять неудобно.

    - А раз на улице радиация и вообще третья мировая война и нападки злобных милитаристов на правовую молодёжь и не очень молодежь и пусть даже неправовую но трудовую и пролетарскую, это несправедливо. - сказало Нечто.

    - Значит, раз там так все угнетено, - заявил Адольф Петрович глядя в окошко, - надо взять мухобойку. А ты, Нечто, бери вантуз и пойдём на улицу, а то вдруг там всё уже угнетено, и по бомбоубежищам расфасовано, и радиация угнетает непролетарское общество, а нас с тобой ещё никто и не позвал? - Гневно воскликнул Адольф Петрович.

    - Сдурел, пень старый? Куда ж мы без калош и зонтика?! - Нечто аж бубликами подавилось, которые оно под фуражкой прятало и ело втихаря.

    - А на фига нам зонтик и калоши? - удивился Адольф Петрович.

    - Старый, а ума не нажил. - Отвечает Нечто. - Ты книжки читай, вдруг там осадок выпадет, а в нем ещё гадость какая-нибудь. Химия там, оружие массового поражения и вообще все что есть на свете и в темноте неприглядного. Гэочэес, понимаешь ли, советует.

    Взяли они вантуз, мухобойку, зонтик и калоши и гулять пошли а квартиру на ключ заперли чтобы, значит, сквозняком радиацию и химию не надуло.
    Вышли на улицу - глядят - а там никакой третьей мировой, и пролетарско-неправовая угнетаемость угнетаемо на заборах всякую гадость пишет, да ещё и не просто а калиграфически так, со стилем. И милиционер стоит в луже прямо обоими сандалями и улыбается приветливо, и солнце светит и дрозды что в прологе попадали опять ползут, как рота сапёров.

    Обиделись Адольф Петрович и Нечто, выкинули вантуз и калоши и домой пошли.

    А действительно - зачем тогда гулять раз даже радиации нету?
     
  2. ты... это .... заявзывай с травой.... ;)
     
  3. он не курит траву и не употребляет ничего такого психотропного. ручаюсь. Просто каждый из нас странен по-своему ;)
     
  4. Рулёз!!!! Похвально, весьма похвально!Отличный рассказец! :)
     

Поделиться этой страницей